- В этой теме 327 ответов, 56 участников, последнее обновление 8 лет, 3 месяца назад сделано
.
-
Сообщения
-
Ракетон
В идеале, Россия должна была распасться на кучу маленьких но гордых государств. Где-то у меня даже схема валялась.
При этом II Рейх, Австро-Венгрия потерпевшие поражение распадались абсолютно так же. Откуда взяться германским базам в Персидском заливе?
Ну понятно, что каждая держава желала другим распасться, но из 2-х зол выбирают лучшее…для англичан худшим было усиление Германии, которая покусилась на британское первенство на море и начала теснить в колониях (гиганская железная дорога построенная немцами: Берлин-Басра, в ответ на это англичани захватили Кувейт), но противостоять немцим Англии было уже не под силу…нужны были союзники. Самый очевидный- смертельный враг Германии- Франция, но трёхцветные в одиночку на континенте не удержали быпруссаков и тогда решили всё же связаться и с Россией…в результате всем 3-м державам пришлось поумерить свои империалистические амбиции и мирно урегулировать коллониальные споры: в Индокитае и Морокко между Францией и Британией, в Иране, Афганистане и Тибете между Россией и Британией…
Так же и после ПМВ Россия приняла бы участие в дележе поверженных держав. К России отошлибы Польша, Галиция, проливы и совр. территория Турции как сфера влияния…Этот бой какраз подтверждает мои слова. Германский крейсер, не вступая в бой с нашими, в Черном море творил что хотел. Целый Черноморский флот и германский крейсер, бой явно не равный
это не было установлением морского господства… Гебеном совершал вылазки по нарушению судоходства, обстрелу городов, но при появлении нашей линейной эскадры уносил ноги…Наши блокировали судоходство, поддерживали сухопутные войска, обстреливали города…так же минировали Босфор…в общем то тоже самое, но есть небольшое отличие- у турков нечем было отгонять наши корабли, а наши всегда могли отогнать Гебен…ну а с вводом в строй линкоров получили полное господство на море…
Varyag
Блажен кто верует. Тут каждый останется при своем мнении.
Танк Тигр. Боевое применение
И.КошкинПервые четыре Тигра были произведены к 18 августа 1942 г. Гитлер немедленно вознамерился отправить их куда-нибудь повоевать. До Сталинграда везти было долго, в Африке Роммель гонял англичан полотенцем, поэтому решено было отправить танки под Ленинград.
— Представляете, — хихикал фюрер. — Сидят русские, а тут — РАЗ!!!
Танкисты имели свое мнение, но высказал его только Гудериан:
— Но мой фюрер, во-первых, там у русских болота…
— Ну и что?
— Э-э-э, как бы так сказать… Танк — он очень тяжелый. Соответственно, если он поедет по болоту, то может застрять.
— Но русские же ездят!
— Русские — дети природы! Они едят мох, спят под открытым небом, знают все тропинки и перетаскивают свои танки на руках. И потом, не лучше ли немного подождать два месяца и РРРАЗЗЗ — въехать на ста Тиграх в Москву?
Фюрер демонстративно съел небольшой палас и Гудериан признал свою неправоту. Четыре тигра были отправлены под Ленинград. Тигры, в принципе, были неглупыми зверьками, поэтому уже в первой атаке у двух из них резко сломались коробки передач, а у третьего загорелся двигатель. Танки отбуксировали в тыл, после чего специально приехавашие сотрудники гестапо показали им фотографии работы пресса для переработки металлолома на заводе Круппа. Тигры судорожно сглотнули и сказали, что выводы сделали.
Следующее наступление было через две недели. Тигров передали 170 пехотной дивизии. Командир дивизии долго чесал в затылке, раздумывая, что ему делать с четырьмя слониками. Тигры, перед внутренними взорами которых стояла картина работающего пресса, всем видом своим выражали непреклонную решимость давить и сокрушать.
— Dingsda какая-то, — сказал он наконец. — Ладно, езжайте вон по той дорожке. Что найдете — можете давить. Наших там вроде нет. Если въедете в Петербург, позвоните мне.
— А пехота? — робко спросил один из Тигров
— Какая пехота? Вы о чем? — неубедительно возмутился командир дивизии.
— Да мы так, ни о чем, — сникли Тигры и, подбадривая друг друга поехали по узенькой дорожке посреди болота.
В тот день голодные русские артиллеристы были особенно злы — махорку на позиции не доставляли уже неделю. Когда командир противотанковой батареи увидел двигающиеся по дороге четыре огромных танка, он не стал, как ожидалось, бегать кругами и кричать: «Мы сдаемся! Щас только комиссаров перестреляем!» Вместо этого он выплюнул козью ногу, в которую вместо махорки заворачивался ягель пополам с соломой и со словами: «Все, казззлы, вы докукарекались» лично встал к панораме. Первый Тигр русские просто подбили. Три остальных не были готовы такому повороту событий и запаниковали. Поскольку русские продолжали стрелять они быстренько сломались и притворились мертвыми. Ночью их вытащили на буксире. С оставшегося мертвого Тигра русские разведчики свинтили на сувениры все, что могли. Сувениры отобрали в особом отделе и отправили для дальнейшего изучения. Чуть позже, число Тигров под Ленинградом довели до семи. В ответ русские убили пять из них, хотя сами немцы утверждают, что три Тигра покончили с собой исключительно из презрения к русским. Убив первого Тигра советские солдаты долго ходили вокруг и чесали в затылке, пока кто-то не предложил отправить тушку товарищу Сталину.
Ознакомившись с Тигром товарищ Сталин разгрыз трубку и вызвал из Танкограда конструктора Котина.
— Таварыщ Котын, чито ви на это скажэтэ?
— … твою мать, сказал, — интеллигентнейший Жозеф Яковлевич.
— Будэм счытат, чито ви сказали это про Адолфа Гитлэра, — мудро улыбнулся Вождь.
Котин облазал танк от гусениц до дульного тормоза и хмуро вытянулся перед Сталиным.
— В общем, товарищ Сталин, одно из двух — либо это мутант, либо…
— Что «либо»? — мягко подбодрил конструктора товарищ Сталин
— Либо — полный звиздец, — твердо сказал Котин, прекрасно знавший, что до конца войны его точно не расстреляют.
— Как гаварыл таварыщ Лэнын, нэт такого звыздеца, каторый нэ пэрэзвыздэлы бы балшэвыкы.
— Будем стараться, товарищ Сталин, — вытянулся конструктор.
— Конечно будете, — совершенно без акцента сказал Вождь и Котин понял, что шутки кончились.
Тем временем, неотвратимо надвигалось лето. Немецкое командование готовилось внезапно срезать Курский выступ. Советское командование готовилось внезапно этому помешать. В полной тайне немцы сосредотачивали огромные силы о оснований выступа. Русские старательно делали вид, что ничего об этом не знают, а траншеи копают просто так, от нечего делать. Стаи тридцатьчетверок ползли по ночам к линии фронта, отлеживаясь днем в оврагах. Те, что попадались на глаза немецкой воздушной разведке принимали самый беззаботный вид, резвились, гонялись друг за другом и старались выглядить как можно более ничего не подозревающими.
К началу Орловско-Курской операции, которую немецкое командование, уже имевшее представление об уровне осведомленности противника, с мрачным юмором обозвало «Цитадель», на Курскую Дугу сползлось 146 тигров. Ночью 5-го июля командование Центрального и Воронежского фронтов приказало немного пострелять по позициям немецких войск — просто чтобы намекнуть, что все готовы и можно начинать. Немцы, почему-то, начали с некоторым опозданием. Немецкие танки поехали на советские позиции. В первых рядах ползли Тигры, необычайно гордые оказанной им честью. Первое время почетная задача убоя немецких бронированных зверьков была возложена на противотанковую артиллерию и пехоту. Несмотря на потери, артиллерия и пехота с задачей более-менеее справлялись. Коварные советские артиллеристы, зная, что броня Тигров непробиваема, наловчились отстреливать бедным зверькам все, что выступает за пределы броневого корпуса — от орудий до многострадальных катков. Кроме того, русские применяли гнусную и развратную тактику «заигрывающих орудий». Для этого несколько пушек маячили на холмах и, завидев Тигров, начинали разнузданно подмигивать им панорамой, зазывно отставлять станину и вообще привлекать внимание. Когда же доверчивые немецкие танки бросались навстречу, из кустов вываливала целая орава противотанковых пушек и с криком: «А кто тут к честным женщинам лезет!» устраивала безобразную драку.
Русская пехота, в основном, хитрым образом маневрировала вокруг танков, то прячась, то вновь являясь и ловя момент, чтобы положить на крышку моторного отделения связку гранат или бутылку с бензином.
Необычайные трудности доставляло немцам так называемое нахальное минирование. В самый разгар наступления перед идущими в атаку немецкими танками вдруг останавливался потрепаный русский грузовик, и несколько небритых личностей предосудительного вида начинали деловито закапывать что-то в землю прямо на дороге.
— Эй, эй, что это вы там делаете, — возмущенно кричал головной Тигр
— НЕ видишь что ли — дорожные работы проводим, — нагло отвечал старший русский, продолжая копать аккуратные ямки.
— А что вы тогда в землю закапываете?
— Не знаю. Нам приказали — мы закапываем.
— Это возмутительно! Мы, между прочим, здесь наступаем! У нас график! Мы должны в 12:30 выйти к поселку, как это он называется… «Горьелое».
— А у нас план. До 12:15 выкопать сорок ямок.
— Мы будем жаловаться! Кто у вас командир?
— Военная тайна, — ехидно отвечали русские саперы.
— Ну ладно, мужики, давайте по-хорошему. Тут объезд есть?
— Есть конечно. Вон по той балочке, — как-то слишком быстро соглашался русский.
Тигры уезжали в указанном направлении только для того, чтобы вернуться через полчаса:
— Мужики вы что? Так же нельзя! Там мины какие-то! Дитрих, вон, подорвался!
— Ох, мужики, простите, — на глаза русского сапера наворачивались кристалльно чистые слезы раскаяния. — Опять у нас что-то напороли. В любом случае, мы тут закончили, так что можете смело ехать.
— Ни пуха ни пера! — кричали русские саперы, садясь в грузовик.
— К черту! — дружно отвечали Тигры
— К нему, к нему, родимому, — бормотали русские, сворачивая за ближайший холмик.
Тем не менее, настал момент, когда в наступление пришлось идти советским танкистам, и тут Тигры, наконец, развернулся. Типичный танковый бой между тридцатьчетверками и Тиграми проходил так.
— Что-то как-то тихо, — озабочено говорил советский командир.
— БАММММ!!!!
— У-у-у, твою мать, — говорили советские танкисты, выбираясь из разбитого танка.
— У-у-у-у-у, мать твою, — говорили уцелевшие тридцатьчетверки, прячась кто где.
Тигры на горизонте довольно ухмылялись. Довольно быстро выяснилось, что могучие танковые атаки, которые и раньше-то удавались с большим трудом, теперь стали совсем невозможны. Особенно наших танкистов возмущало то, что Тигр не пробивается не только в лоб, но и в борт.
— Это, в конце конwов, нечестно, — кричали они Тиграм. — Куда же вас тогда подбивать?
— А никуда, — издевательски смеялись Тигры. — Мы вас сами всех подобьем.
Нашим оставалось только скрежетать зубами.
Когда Жуков положил перед товарищем Сталиным доклад о рузльтатах Курской битвы, товарищ Сталин едва не проглотил трубку:
— Таварыщ Жюков, ви, канэчна, каммуныст, но бога-то пабойтэс! Какие шестсот падбытых тыгров?
— Ну, конечно, тут мы немного преувеличили… — вздохнул Жуков. — Восемьдесят штук мы подбили.
— А нашых сколко падбылы?
— Бить не будете?
— Не буду, — сказал вождь без акцента и Жуков молча положил перед ним другой листок.
— Мда-а-а, — крякнул вождь, трамбуя табак в трубке. — Чем вы это объясните, товарищ Ротмистров?
— Ну так, мы это, того, а они, это, того… — ответил бравый танкист.
— У них танки помощнее, — перевел Жуков.
— Насколько я слышал, танки с танками не воюют! — наставительно поднял палец Сталин.
— Оно, конечно, так, но иногда и этак! — возразил Ротмистров.
— По-всякому бывает, — перевел Жуков. — И вот когда это «по-всякому» все-таки случается…
— Знаете, товарищи, — задумчиво начал Сталин, — когда товарищ Сталин был в Туруханской ссылке, ходили он как-то на медведя…
Жуков и Ротмистров скептически переглянулись
— А чтобы вы знали, товарищи, — продолжал Сталин, делая вид, что ничего не замечает, — самое трудное при этом — выманить медведя из берлоги. Пока он в берлоге — хрен его достанешь… А вот если выманишь… В общем, товарищи, гибче надо. Выманивать фашистского зверя из его логова, а еще лучше — заманивать в наше! Понятно?
— Так точно!
Собственно, в частях уже давно пришли к тем же выводам. Драки с Тиграми стенка на стенку быстро стали непопулярны, вместо этого в ход пошли всевозможные азиатские хитрости. К примеру, под Харьковом танкисты 1-го мехкорпуса применили следующий тактический прием:Тигр (читает из разговорника): Полье чистое! Ташь не ташь мне поетинщика? Вихоти тесять русски танк на честный бой, на поб.. поб… побраночку!
Т-70 (из кустов): Бже ж мой, шо ви такое говорите? Шоби ви знали, танки с танками не воюют. Танки воюют с пехотой, я извиняюсь. А ви што-то все время к нам лезете… Ви што, танкосексуалист?
Естественно, от таких оскорблений у тигра срывало башню и он рвался в кусты, чтобы разобраться с ругателем… И расставался с башней уже по-настоящему. В другом месте в течении недели по передовой демонстративно очень быстро ездил Т-34 с надписью: «Танк Героя Советского Союза, дважды еврея Советского Союза Моисея Абрамовича Финкельштейна. Все фашисты, извиняюсь, педерасты». Несмотря на то, что надпись была полность лжива (командира танка на самом деле звали Евгений Соломонович Рабинович, он был обычным евреем и ГСС на тот момент еще не стал, да и фашисты далеко не все были педерастами), отважному танкисту удалось выманить на минное поле двух Тигров. Интересный прием применил один раз танкист Петр Героев. Оказавшись, случайно, один на один с Тигром, он принялся очень быстро ездить вокруг него. Тигр стал, соответственно, крутить башней, пытаясь достать нахала. Все быстрее мчался танк Петра Героева, все быстрее крутилась башня Тигра. Потом она внезапно остановилась, из нее вылез командир Тигра, встал на четвереньки, после чего его бурно стошнило. Остальных, как позже выяснилось, стошнило прямо в танке. Однако наиболее результативным считается непрямой разгром батальона Тигра под Фастовом. Батальон был переброшен к фронту для ликвидации прорыва. Не доезжая до линии фронта Тигры увидели разбитую немецкую колонну. Посередине разгрома высился вбитый в землю столб, на котором белела записка: «Прорвали линию фронта, теперь мочим вас, козлов, в сортире. Если не слабо — ждем вас на высоте 235.7. Двести русских танков». Проехав двадцать километров, и бросив по дороге две неисправных машины, Тигры нашли на высоте 235.7 раздавленную немецкую бтарею и новую записку: «Ждали вас, ждали, задолбало. мы теперь в деревне Убитое. Будем ждать вас там, если успеете. Двести русских танков» проехав сорок километров, и потеряв еще четыре танка, Тигры приехали в деревню Убитое. В деревне они нашли только немецкий автопарк, распаханый гусеницами и третью записку: «Ну вы и сыкуны! два часа вас ждали, задолбались! Короче, ждем вас прямо в Фастове, если уж и туда не поспеете, то козлы вы все и слабаки». Напрягая силы, Тигры на последних каплях бензина доползли до Фастова, оставив на обочинах еще шесть поврежденных машин, где и нашли последнюю записку: «Гы-ы-ы, круто мы вас накололи? Красная армия уже на сто километров продвинулась, а нас самих было не двести, а только сто!» Оставшиеся тигры покончили с собой от позора и огорчения.
Тем не менее, Тигры были чрезвычайно опасным противником, но, к счастью, они все же имели одно слабое место. Этим местом была их ходовая часть… Не счесть эпитетов, которыми озверевшие немецкие механики наградили инженера Книпкампа, меняя катки на чудовищной махине. Поскольку на замену одного катка из внутреннего ряда уходило до суток, многие не выдерживали, пускали пену изо рта и бросались на Тигра с ломом, колотя ни в чем неповинную машину по чем придется. Известно, что танкисты, воевавшие на Тигре до самой смерти не могли не только есть с тарелок, но и видеть их. Вид стопкм тарелок могла довести до инфаркта закаленного вояку, прошедшего русскую кампанию и лагеря для военнопленных. Чудовищная по размерам и жестокости драка между офицерами Люфтваффе и Панцерваффе, произошедшая в мае 1944 г. в баре Drei Ferkels und Sieben Gnomen Bar в Берлине, драка, из-за которой на три месяца вышел из строя состав двух гешвадеров и одного шверепанцерабтелунга, произошла из-за, казалось бы, совершенно невинной шутки. Пивший вместе с летчиками штандртенфюрер СС послал от их имени за стол танкистам горку тарелок, сложенных в шахмтном порядке… (Проведенное расследование так и не установило личность штандартенфюрера. Офицеры Люфтваффе в больнице вспоминали, что звали его Отто, Отто фон…, дальше вспомнить не могли. Впрочем, все сходились на том, что он им кого-то напоминал). В результате танкистов и летчиков разнимали при помощи пожарных брандсбойтов, причем дерущиеся даже не заметили произошедшего налета тысячи американских бомбардировщиков.
Зато, следует признать, Тигр был очень просто в управлении. Управлять им мог любой член экипажа, и, вообще, должность механика-водителя Тигра считалась в Панцерваффе чем-то непрестижным. Командиры, желая пристыдить своих нерадивых водителей говорили: «Ну ты спаожник! Тебе только Тигром управлять». Кроме того, Тигр имел очень мощное вооружение, что позволяло отдельным немецким танкистам набирать невообразимые личные счета. Так, к примеру, однажды шесть Тигров 101 тяжелого танкового батальона под командой оберштурмфюрера СС Михаэля Виттмана за полдня уничтожили триста советских танков, что примерно в два раза превышало наличный танковый парк Красной Армии на этом участке фронта. Не удовлетворившись этим, на следующий день они уничтожии еще двести советских танков, и только внезапная атака уже тысячи советских танков заставила героев отступить.
Однако, союзники не желали понимать, что они должны по определению проигрывать таким замечательным и грозным машинам, и продолжали наступать и даже иногда уничтожать Тигры. К 1 марта 1945 г. из 1200 произведенных Тигров в живых осталось только 185. Оставшиеся в живых после капитуляции были забиты согласно ее условиям.
Остается отметить интересное явление имевшее место в Советском Союзе. Легенда о непобедимом и непробиваемом немецком Танке настолько укоренилась среди советских танков, что несколько Т-44 даже создали Клуб Исторической Реконструкции, посвященный исключительно Тигру. Они переодевались в Тигров, красили себя в немецкую окраску, наносили немецкие опознавательные знаки (надо признать, довольно неумело) и устраивали реконструкции сражений с участием Тигров. Кончилось тем, что после демобилизации они были приглашены на Мосфильм и приняли участие в съемках многих исторических фильмов, как у нас в стране, так и за рубежом.
Танк Тигр. История создания
И.КошкинИстория танка Тигр началась много сотен тысяч лет назад, когда несколько видов крупных кошачьих решили отказаться от выходящих из моды и не отвечающих современным условиям длинных саблевидных клыков, приобрести хвосты и начать применять новые схемы камуфляжа. Несмотря на насмешки своих надменных саблезубых сородичей, они терпеливо отращивали длинные хвосты и тщательно исследовали различные типы маскирующей окраски. После нескольких десятков тысяч лет напряженного труда первый тигр, наконец, поточил когти о пальму и до тридцатых годов двадцатого века все более-менее устаканилось.
Тем временем к власти в Германии пришел А. А. Шикльгрубер, в просторечии именуемый Гитлером. И не прозлодействовав и пяти лет начал реализовывать свои военномегаломаньяческие фантазии. Не осталось в стороне и панцерваффе. Первые немецкие танки, конечно, не были педальными, как утверждают некоторые недобросовестные исследователи, но, тем не менее, танками их называли только откровенно пристрастные люди. Фюреру хотелось чего-то большего… В конце января 1937 г. Фирма Хеншель получила заказ на проектирование некоего агрегата, стыдливо названного «боевой машиной». Первый изготовленный образец танком не являлся и вообще собирался из двух частей на болтах. Ходовая часть его была совершенно нормальной и ничто не предвещало того ужаса, который предстояло испытать тысячам немецких техников в 43-45 гг. В то время в Германии не применялись прогрессивные советские методы управления конструкторским процессом, заключавшиеся в помещении целых коллективов в особые, наглухо закрытые помещения, где им создавались все условия для продуктивной работы, поэтому когда представители Панцерваффе прибыли смотреть опытный танк, им быстренько показали нечто без башни, нагруженное рельсами.
— А где танк? — спросили танкисты.
— А вот, — ответили конструкторы.
— Это???
— Ну, собственно, это еще не танк. Это первый концептуально-экспериментальный прототип опытной машины.
— А сразу опытную машину нельзя было сделать?
— Ну-у-у, в таком деле спешка ни к чему. К тому же мы опробовали на нем некоторые интересные идеи.
Тогда один из офицеров панцерваффе сказал, что у него есть знакомые, которые работают в гестапо, поэтому если это бодяга будет продолжаться, то на конструкторах тоже будут опробованы некоторые интересные идеи, касающиеся болевых порогов, пределов прочности суставов и сочленений и анатомии вообще. Не прошло и года, как конструкторы представили второй прототип. Чтобы избежать наездов со стороны танкистов и гестапо, на него быстренько воткунули башню от PzKpfw IV и с гордостью продемонстрировали представителям Панцерваффе.
— Ну и? — спросили представители
— Вот! с гордостью ответили инженеры.
— Что «вот»? — зловеще прошипел входивший в групу Гудериан, потянувшись к кобуре.
Гудериана отащили в сторону Гот и Манштейн, после чего для поднятия боевого духа двух первых попавшихся инженеров быстренько расстреляли. Это необыкновенно взбодрило остальных и новый опытный прототип появился буквально через год. Башни он не имел, но зато имел кое-что другое…
Среди сотрудников фирмы Хеншель ходила темная легенда о детстве инженера Книпкампа. Злая мачеха заставляла бедного мальчика с утра до вечера мыть, вытирать и расставлять по полкам посуду. Бесконечные ряды тарелок — вот что осталось в памяти несчастного ребенка. До поры до времени советник имперского управления вооружений Книпкамп справлялся со своими комплексами, хотя его проект автоматической пушки, стрелявшей плоскими дискообразными снарядами в свое время напугал управление до нескольких инфарктов (очевидцы рассказывали, что действующий образец больше всего напоминал взбесившуюся посудомоечную машину, а водяное охлаждение ствола, дававшее облака пара, только усугубляло это впечатление). Поэтому ничего не подозревавший главный конструктор Эрвин Адерс поручил инженеру конструирование ходовой части. Говорят, что увидев первый образец, Адерс сожрал две упаковки валидола. Затем он спрятал в кабинете трех самых крепких своих инженеров, положил к карман пиджака именной П-38 и вызвал Книпкампа для объяснений.
— Это что? — руки Главного Конструктора заметно дрожали.
— Экспериментальный образец нового прогрессивного шасси, — нездоровый блеск в глазах инженера напугал Адерса до такой степени, что он забыл про пистолет.
— Но зачем в четыре ряда???!!!
— Потому что! Так! Лучше! Плавность! Хода! — уловив истерические нотки в голосе конструктора,
инженеры в щкафу тихо упали в обморок.
— Но через месяц нам сдавать машину! — простонал Адерс, прикидывая, отправят ли его в концлагерь или сразу расстреляют.
— Все будут в восторге, — заверил его Книпкамп.
Надо сказаТЬ, что после показа второго образца, управление вооружений решило не рисковать и поручило разработку тяжелого танко еще и фирме Порше. К счастью для антигитлеровской коалиции, у Порше были свои тараканы в голове. Фердинанд Порше очень любил всевозможные электрические прибамбасы, поэтому в качестве двигателя для своего монстра он выбрал не примитивный Майбах, а соорудил целую цепь из бензомотора, генератора и электромотора. Чтобы картина была полной, следует добавить, что на каждое из ведущих колес полагалось по своему электромотору, поэтому общее количество двигателей и генератров в танке достигало шести. По слухам, после представления проекта часть сотрудников фирмы, что поумнее, поступила добровольцами в Вермахт и, страшно довольная собой, уехала в Польшу. Самые же умные бежали во Францию и стали членами Сопротивления. Тем временем Германия напала на СССР. В начале июля Порше и Адерса срочно вызвали в Куммерсдорф. Прямо у машины их встретил прилетевший с фронта на полчасика Гудериан, и, нежно обняв за плечи, повел в какой-то ангар.
— Ну, господа, что вы на это скажете? — голос Гейнца можно было намазывать на хлеб вместо повидла.
— Donnerwetter! — Адерс сел где стоял, а Порше схватился за сердце.
Посреди ангара стоял закопченый монстр без гусениц, с броней, напоминавшей лунный ландшафт.
— Что это? — просипел Порше.
— Это? — голос Гудериана был слаще сахарина. — О-о-о, это очень интересная вещь. Это русский тяжелый танк. По нему стреляла половина 6-й дивизии, а остановился он только когда у него кончилось горючее. С Леебом случилась истерика… А теперь!!!!
Температура в ангаре упала на десять градусов, Адерс с тоской поискал глазами Манштейна… Гудериана оттащил Шпеер и Тодт. Тот вырывался и орал
— Arsch mit Ohren!!! Эти Bierfickeren четыре года делают унитазы на гусеницах и называют их тяжелыми танками! Mit solchen Arschloecher werde ich bald fertig! Тодт, сука, пусти, я им arsch порву! В то время как немецкий народ под руководством великого фюрера…
При этих словах Тодт и Шпее сделали «Хайль Гитлер», выпустив при этом Гудериана, и тот немного побил конструкторов ногами. Устав, он оправил мундир и сказал:Значит так, Arschlochen. Русский танк вы видели. Если через полгода у моих орлов не будет такой же, только лучше, я вам обоим Eier оторву. Или нет, я позвоню Гиммлеру и скажу, что вы оба — скрытые евреи.
Конструкторы утерли кровавые сопли и сделали выводы. Работы пошли ударными темпами. Очень скоро, выяснилось, что перспективное 75-мм орудие, которое предстояло установить на танк Адерса, конечно, очень хорошее орудие, но имеет несколько экзотичный бронебойный снаряд, содержащий 1 кг вольфрама. Вольфрам был в Рйхе настолько стратегическим сырьем, что конструкторов орудия сразу отправили на Восточный фронт, а Адерс имел очень неприятную беседу с дедушкой Мюллером. Пришлось идти к Порше и выпрашивать у него запасную башню. В этой башне стояла 8.8 см танковая пушка, которая в предыдущей жизни была зениткой. Это было очень мощное орудие, но танкисты не раз замечали потом, что стоит над полем боя появиться вражескому самолету, как Тигр необъяснимым образом начинает задирать ствол и крутить бшней. 20 апреля 1942 г. по одному образцу от каждой фирмы было привезено в ставку Гитлера в Восточной Пруссии. Уже при разгрузке бравые поршевцы воткнули свой танк в грунт. Хитрые же хеншелевцы сгрузили свой 70-тонными краном, чем вызвали у присутствовавщих танкистов, особенно техников, приступ необъяснимой тревоги. Танки показали Гитлеру и он сразу наградил Порше Крестом за военные заслуги. После этого танки немного поездили. Танк Порше ездил быстро, но ,разворачиваясь, закладывал виражи шире, чем «Ланкастер». Танк Хеншеля ездил медленнее, но зато разворачивался на месте. Правда при этом двигатель у него нагрелся так, что его пришлось сполоснуть жидким азотом. Для дальнейших испытаний танки повезли на полигон в Берк. Электротрансмиссия танка Порше постоянно выходила из строя, пробки постоянно выбивало, предохранители горели и от танка несло горелой изоляцией. После осмотра фюрер снова подошел к конструкторам.
— Фердя, что за движок на твоем танке? — фюрер ласково похлопал по плечу своего любимца. Порше начал объяснять свою систему электротрансмиссии. Фюрер слегка переменился в лице.
— Электрический? Фердя, у тебя крыша поехала? Да на твоего слона батареек во всем Рейхе не напасешься? Какова у него дальность хода? 50 км??? А потом что, зарядную станцию к нему подгонять? Ах бензомоторы? ФЕРДИНАНД, ТЫ ЧТО, ИДИОТ??? Два мотора на танке??? Не два? ШЕСТЬ??? ПОдайте мне ковер!
Фюрер сгрыз принесенный адьютантом половичок, слегка успокоился и дал рыдающему Порше свой носовой платок:
— Ну ладно, не плачь, все равно я тебя люблю. Это ты просто переутомился. Съезди в Альпы или Париж, отдохни, а потом я тебе другое дело поручу, есть у меня одна задумка… «Мышонок» называется, — фюрер захихикал и подошел к Адерсу.
— Ну-с, а что тут у тебя… ЭТО ЧТО???
— Катки, — с истерической бодростью отрапортовал Адерс.
— Вижу, что катки! Почему в четыре ряда!
— Для лучшей плавности хода! Разработано нашими инженерами под моим руководством! Плод арийского гения! Позволяет танку стрелять на ходу!
— А раньше что, нельзя было стрелять? — озадачено спросил фюрер.
Адерс прекрасно знал, что танк может стрелять хоть на ходу, хоть в падении, хоть перевернутый, был бы снаряд в орудии. Потому что стрелять и попадать — это принципиально разные вещи. Но идти на попятный было уже поздно:
— Нельзя, мой фюрер! Когд танк подпрыгивает на ходу, снаряд может от толчка перекоситься в пушке!
Поскольку всем присутствовашим при разговоре танкистам Адерс предварительно хорошо забашлял и пообещал отмазмть от Восточного фронта, они хором подтвердили слова Адерса и танк был принят на вооружение. С этой минуты начались злоключения танкистов-союников и немецких ремонтников, но это уже совсем другая история…
Утерянные победы
К годовщине первого крупного поражения Вермахта во Второй Мировой Войне.
По мемуарам Гудериана, Миддельдорфа, Меллентина, Манштейна и Типпельскирха
1) Нам мешал Гитлер. Гитлер был дурак. Немецкий солдат был рулез. Немецкий командир был как Великий Фридрих, но без порочных наклонностей.
2) Русские завалили нас мясом. Мяса у русских было много. Русский солдат — дитя природы, он ест то, что не сможет от него убежать, спит стоя, как конь, и умеет просачиваться. Автор неоднократно был свидетелем того, как целые танковые армии русских просачивались сквозь линию фронта, причем ничто не выдавало их присутствия — казалось бы, еще вчера обычная артподготовка, бомбежка, наступление русских, и вдруг раз!!! — в тылу уже русская танковая армия.
3) СС иногда немного перебарщивало. То есть, если бы все ограничилось обычными грабежами, расстрелами, насилиями и разрушениями, которые иногда учинял германский солдат от избытка молодецкой силы, гораздо больше людей приняли бы новый порядок с удовольствием.
4) У русских был танк Т-34. Это было нечестно. У нас такого танка не было.
5) У русских было много противотанковых пушек. Противотанковая пушка была у каждого солдата — он прятался с нею в ямках, в дуплах деревьев, в траве, под корнями деревьев.
6) У русских было много монголов и туркмен. Монголы и туркмены, подкрепленные комиссарами это страшная вещь.
7) У русских были комиссары. Комиссары это страшная вещь. По определению. Большинство комиссаров были евреи. Даже жиды. Мы своих евреев, не по-хозяйски уничтожили. Гиммлер был дурак.
Русские использовали нечестный прием — делали вид, что сдаются, а потом — РРАЗ! и стреляли немецкому солдату в спину. Однажды русский танковый корпус, сделал вид, что сдается, перестрелял в спину целый тяжелый танковый батальон.9) Русские убивали немецких солдат. Это вообще было страшное западло, ведь по честному, это немецкие солдаты должны были убивать русских! Русские все козлы, поголовно.
10) Союзники нас предали. В смысле, американцы и англичане.
СУ/ИСУ-152 — Средство против Тигра
Глава 1. Туда и обратно или злоключения Котина
За окном купейного вагона вовсю бушевала русская зимняя вьюга. Астматичный паровоз серии Ов тащил за собой всего пять вагонов спецсостава. За неимением угля его топили дровами и скорость свыше 20 км/ч развить ну никак не удавалось. Навстречу из славного города Танкограда валили сотни платформ с погруженными на них «тридцатьчетверками», отчего спецсостав даже на полустанках ставили на запасной путь, дабы не мешался под ногами маршевых частей. Из-за этой скверной погоды Ли-2Т из Москвы вылететь не мог, а потому Жозеф Яковлевич Котин был вынужден ехать этим треклятым поездом. На глаза конструктора при виде очередной «тридцатьчетверки» наворачивались слезы: «несчастные вы мои! Что же вас там ждет-то?» Такое настроение было навеяно недавним разговором с Верховным Главнокомандующим и осмотром туши забитого немецкого Тигра. Подробности этого разговора можно найти в тщательном и блестящем труде И. Кошкина «История танка Тигр». Единственным опущенным там нюансом был заданный Верховным вечный и классический вопрос: «И что делать?». Жозеф Яковлевич доложил свои соображения по этому поводу, Иосиф Виссарионович внимательно их выслушал, добавил табаку в трубку, слегка призадумался и сказал только: «а к февралю сумеете?» Отказываться было ну никак нельзя, поэтому Жозеф Яковлевич сразу направился обратно в Танкоград. Но погода решила злодействовать как только можно, вот и пришлось ехать поездом. Оторвавшись от этих воспоминаний, Главный Конструктор выглянул еще раз в окно. Любопытная, совсем еще молоденькая «тридцатьчетверка», только что с завода, проезжавшая навстречу на платформе, встретилась взглядом с Жозефом Яковлевичем. Ей было очень непонятно, почему незнакомый мужчина из встречного поезда так жалостно на нее смотрел. Ведь она грезила подвигами и великой славой, ожидавшей ее на полях сражений. Ну во всяком случае так говорили на митинге у ворот завода, когда она только-только повстречалась со своим экипажем. О немецком полосатом зверьке ей еще предстояло узнать…
Наконец «овечка» дала свисток, спецсостав тронулся в свой нелегкий путь к Танкограду. Жозеф Яковлевич, сжав кулаки, подумал: «Ну уж нет! Попляшете вы у меня, фрицы проклятые!» В воздухе вдруг всплыл образ танка с неимоверно длинной пушкой и роскошными кавказскими усами, но к февралю требовалось сделать нечто иное…
Глава 2. Книга «Бытия» или как все сотворялось
Прибыв на завод, товарищ Котин вместе с директором немедля направились в опытный цех к бригадиру и самым мастеровитым рабочим, которые были тут еще с ленинградских времен. Приготовив настоящий кофе, полученный в Москве специально для этой цели, они выложили из папки небольшой лист, полностью исписанный мелким почерком. Этот документ Жозефу Яковлевичу вручил сам Верховный Главнокомандующий. Там была расшифрованная стенографическая запись беседы между командиром батареи, который под Ленинградом самолично уделал первого Тигра, и особистом, прибывшим с почетной миссией специально для его награждения. В обмен на орден он вежливо попросил артиллериста повторить все те слова, которые тот адресовал Тигру, своей пушке, Гитлеру и Компании, а также какой-то матери. Все это и было честно записано в том самом листке.
— Понятно, товарищи? — спросил Главный Конструктор.
— Не беспокойтесь, сделаем! — ответил бригадир, а рабочие согласно закивали головами — только кофею бы побольше…
— Все будет, только не подкачайте — пообещал директор.
Трудовой энтузиазм разгорелся с невиданной силой. Поскольку вокруг могли рыскать агенты немцев, то все щели опытного цеха пришлось заткнуть тряпками, дабы шпионы в принципе не могли заподозрить что-то неладное (всю бытовуху там оборудовали заранее и коллектив сознательно самоизолировался от внешнего мира, чтобы ни капелька информации не могла туда утечь). Зато уже через 25 дней прототип, тщательно обмотанный брезентом, был погружен на платформу и отправлен в Москву. Внешне он походил на серийный КВ-1С, только без башни. Но вместо нее он имел кое-что другое… Еще до того самого разговора Ж. Я. Котин на досуге позвонил Ф. Ф. Петрову насчет возможности позаимствовать кое-что из его артиллерийского арсенала. Оба конструктора пришли к консенсусу, что лучше шестидюймовой гаубицы-пушки МЛ-20 ничего не найти. Заботливый папа этого орудия дал свое благословение на перекрещивание его из буксируемой конфессии в самоходную. После чего сию пушку бригадир с рабочими водрузили аккурат в корпус «кавэшника». Наблюдавший за операцией инженер, правда посетовал, что не получилось воткнуть ее в башню — уж слишком велика была отдача при выстреле, но согласился, что и так выглядит неплохо. И это было еще мягко сказано, поскольку получилось настолько внушительно, что после монтажа бригадир лично снял картуз, перекрестился и сказал своим подчиненным: «Ну все! Теперь победа будет точно за нами!»Иосиф Виссарионович, взглянув на вытянувшуюся в струнку перед ним самоходку, сказал только одно: «в серию!». После чего спросил, ни на кого не глядя:
— Как назвали?
— КВ-14! — бодро ответил кто-то неопределенный.
— Нэ годитца! Спроситэ таварыщэй Катукова и Ротмыстрова, че они про КаВэ думают! — рассуждал вслух Верховный — такое достойно лучшего — вдруг совершенно без акцента сказал Вождь, повернувшись к самоходке и улыбнувшись в роскошные усы. Самоходка вытянулась еще сильнее, стараясь сохранить серьезный вид. Это получилось настолько комично, что заулыбалась даже бесстрастная НКВДешная охрана.
— В серию, и быстро! — повторил Иосиф Виссарионович. — Товарищ Малышев, проследите за исполнением!После чего все вышестоящие лица партии и государства направились по своим делам. А реплику насчет названия приняли во внимание и не мудрствуя лукаво, самоходку впоследствии назвали СУ-152.
В Танкограде не оплошали и на этот раз. Грозный призрак Тигра витал где-то рядом. Его видели в директорском кабинете, в первом отделе, у конструкторских кульманов. В заводском поселке он наводил страх на работниц, совсем недавно приехавших из глухих сибирских деревень. Но как только новые СУ-152 стали покидать сборочный цех, зловредное привидение стало встречаться реже и реже. Последний раз его видели дымящимся в заводском сортире, после чего сие проявление нечистой силы окончательно сошло на нет. Таким образом, небольшая, но важная победа над Тигром была все-таки одержана.
Глава 3. Горячее лето 1943-его.
Посколько от Штирлица со товарищи поступали весьма тревожные сообщения о готовящемся под Курском наступлении, вопроса о том, куда послать новые СУ-152 не возникало. Последняя шифровка Алексу сообщала дополнительные подробности про последний счет из хозяйственного отдела рейхсканцелярии в отдел ковровых изделий лучшего берлинского магазина. Фюрер после разноса Шпеера и нерадивых немецких промышленников причинил жестокий урон окружающим ковровым изделиям (о подробностях такого поведения фюрера смотри «Историю танка Тигр». Причиной разноса стал очередной срыв его великих планов по тотальному увеличению тигриного поголовья во всем вермахте. Помимо подчиненных Шпеера досталось и армейским, чем незамедлительно воспользовались эсэсовские любимчики фюрера, оттяпав у вермахта изрядное число зверьков для собственных вооруженных бандформирований. Но вся эта возня играла скорее на руку русским, чем немцам. Сроки начала немецкого наступления несколько раз переносились, что позволило нашим войскам перекрыть троекратно расстояние от Земли до Луны общей протяженностью отрытых траншей, оборудованных по самым новейшим веяниям в области военно-инженерного искусства.
Сгрузившись в темноте на каком-то забытом Богом полустанке, 24 новеньких СУ-152 двинулись ближе к передовой. Среди историков до сих пор нет согласия, стоит ли их причислять к оружию массового поражения, поскольку массы встречных красноармейцев были просто поражены размерами их стволов. Вся прочая техника тоже пялилась на самоходки, поскольку они определенно раньше не встречались, а дуло гаубицы-пушки МЛ-20С наводило такое почтение, что никто и не пытался выяснить, а что же это такое тут едет. Впрочем, люди очнулись от наваждения быстрее, чем техника. До них наконец дошло, что это будет стрелять по фрицам, и, судя по размеру дула, гадам очень сильно не повезет. С криками «у-р-р-а-а-а!» в воздух полетели каски, пилотки, фуражки. Плотность подбрасываемых в воздух предметов была настолько высока, что пилотам пролетающих мимо Ил-2 поневоле приходилось набирать высоту, дабы не быть вконец закиданными шапками. Приехав на передовую, СУ-152 основательно зарылись в грунт и позволили заботливым экипажам обставить себя веточками, кустиками и масксетями. После этих приготовлений с расстояния в сотню метров даже огромное дуло было весьма незаметно. После чего экипажам дали немножко перекурить перед боем, а самоходки остались только в компании часовых.
Тем временем, та самая «тридцатьчетверка», попавшаяся на глаза Жозефу Яковлевичу, самостоятельно решила познакомиться с этими самоходками поближе. С момента прибытия на фронт она очень быстро поумнела и уже догадывалась, почему Жозеф Яковлевич так на нее тогда посмотрел. Она в общем-то любила свой экипаж, но только при том условии, чтобы он не жалел времени на ее техобслуживание и вылизывание от крышки люка до последнего трака. Танкисты старались как могли, но обстановка не всегда позволяла. Но если время на это таки находилось, то ей было очень лестно, что все прочие «тридцатьчетверки» однозначно считали ее первой красавицей бригады. Поэтому в соответствии со всей своей мудростью, едва увидев СУ-152, она живо смекнула, что в радиусе полутора километров от них противника точно не будет, а следовательно и она с экипажем будет в целости и сохранности. Ей припомнилась свое боевое крещение, когда она по дурости попалась на глаза фрицевому Pz Kpfw IV Ausf F2. Из своей зело длинной пушки он шарахнул по ней подкалиберным с километровой дистанции. На счастье, фриц слегка промазал и снаряд прошел вскользь по левой стороне башни. На башне осталась длинная продольная канавка, что изрядно подпортило ее щеголеватый внешний вид. Командир с башнером, правда, сразу же вогнали фрица бронебойный, отчего тот загорелся, как пролитая бочка с бензином. Поэтому несмотря на награды ее экипажу за этот подвиг и завистливое шептание всех прочих танков бригады, наша «тридцатьчетверка» уже тогда решила не рисковать без крайней на то необходимости. А по логике вещей, с СУ-152 риск был даже ниже обычного. Только здесь она очень сильно просчиталась…
На самое танкоопасное направление ставили надежных, испытанных бойцов и лучшую технику — ждали Тигров. Поскольку экипаж и сама эта «тридцатьчетверка» ходили в героях, то их как раз и отрядили в помощь самоходчикам. В близком общении СУ-152 и самоходчики оказались весьма своими людьми, поэтому экипажи пошли вместе за очередной порцией к полевой кухне, а СУ-152 с Т-34 нашли много весьма интересных тем для разговора. В частности, самоходки выложили все про привидение Тигра, листок особиста и сомнения Жозефа Яковлевича. Тут несчастной «тридцатьчетверке» очень сильно поплохело. Вскоре вернулись с обеда экипажи, сильно недовольные скупердяйством повара. Кто-то даже предлагал снова наведаться к нему уже с ломом из ЗИПа, но командир СУ-152 майор Санковский сказал: «Отставить!». После чего записал в своем блокноте «4/VII/43 14:00. Все спокойно». Однако несмотря на такую запись никому в тот вечер и ночь не спалось — все, что люди, что техника, ощущали, что завтра будет решаться судьба всей этой войны…
Аккурат на рассвете вся советская артиллерия ощерилась массированным огнем: мы готовы. Немцы начали с опозданием, зато как. Весь эфир был заполнен матерной руганью, фразами типа: «Сколько фрицев? — Многое множество есть бесчисленно… Наших бьют!» Впереди, гордые и непобедимые, двигались Тигры. Бабах! — и американский сарай на колесиках М3 разлетался кучей обломков. Трах! — несчастный Т-70 прощался с жизнью. Бряк! — и та же участь постигала «тридцатьчетверку». Тигры рычали от удовольствия, рылись в потрохах своих жертв, скалили зубы и шли вперед… Нашей же «тридцатьчетверке» было плохо. Поискав, где было можно, она нашла еще 20 л. с. в помощь мехводу, но это было всем, чем она могла помочь своему экипажу. Ф-34 палила не переставая, но ближайший «Тигр» выдержал аж три попадания, оскалил зубы и начал поворачивать башню в ее направлении. Командир оглянулся, но своих поблизости не было. Костлявая уже протянула свою лапу к несчастному танку. Но в шуме боя они не услышали два раздавшихся почти одновременно выстрела замаскированных СУ-152. В поле зрения прицела повернувшаяся прямо на «тридцатьчетверку» башня Тигра куда-то исчезла, а из большого круглого отверстия в корпусе живо выхлестнуло веселое бензиновое пламя. Второй снаряд, направленный туда же, прошел в двадцати сантиметрах выше кромки корпуса пылавшего Тигра и улетел далеко-далеко. Впрочем и он не пропал зря. Уже на самом излете он ткнулся в землю перед поспешавшим в бой Pz Kpfw III. В одно мгновение «панцеркампфваген» превратился во «флюгцойг» и взмыл ввысь от разрыва осколочно-фугасной гранаты массой где-то в полцентнера.
В одно мгновение над полем боя нависла зловещая и звенящая тишина. Утробное самодовольное рычание Тигров сменилось на недоуменное пофыркивание. Однако майор Санковский вовсе не думал останавливаться на достигнутом. Воздух пробуравила еще одна шестидюймовая фугасная граната и на месте какого-то Pz Kpfw IV осталось дымящееся черное пятно. Пофыркивание сразу же превратилось в жалобный скулеж и Тигры потеряли всякий интерес к продолжению боя, стали пятиться задом, а то и разворачиваться обратно. Вслед за ними откатилось назад и все «многое множество есть бесчисленно»… Но поскольку тушки зверьков были самыми откормленными, то драпать быстро как-то не получалось, а следовательно и выйти из-под обстрела СУ-152 тоже. Наша «тридцатьчетверка», увидев корму уходящего Тигра, вконец потеряла всякое благоразумие и найдя еще где-то еще двадцать «лошадей», помчалась за ним и с четырехсот метров поставила жирную точку в этом боевом эпизоде, вогнав в Тигровую задницу бронебойный снаряд, отчего Тигр тут же сдох.
Над позициями разнеслось такое громогласное «Ура!», что у бойцов чуть не полопались барабанные перепонки. В воздухе вновь летали головные уборы и самоходчики, которых каждый считал за честь подбросить повыше. Более того, танкисты, пехотинцы и артиллеристы сразу же подумали о революционной экспроприации СУ-152 для нужд своих частей, в частности для излечения недавно появившейся заразной хвори «тигробоязнь» и на потраву появившейся в то же время странной привычке «тигромания». Самоходчикам вновь пришлось перейти к обороне, на сей раз своей матчасти от грязнолапых посягательств на СУ-152. Неизвестно, чем бы все это закончилось, не заявись туда целая делегация особистов. Дальнейшее развитие событий так и осталось невыясненным до сих пор.
А в тот же самый день, километрах в пяти по другую линию фронта развернулась немецкая зенитная батарея. Ее командир лично вышел понаблюдать за Солнцем и облаками, а также поразмышлять о прогнозах погоды и налетов русских штурмовиков. Его тренированное ухо сразу различило звук мотора среди вороньего карканья и т. п. естественной звуковой обстановки. Однако на высокооборотный авиадвижок это было не похоже. Зенитчик поднес к глазам бинокль и нашел в небе маленькое пятнышко без характерного крестообразного силуэта. На всякий случай он заглянул в красочный справочник, отпечатанный заботливыми финскими союзниками.
-Илюшин-цвай? Найн! Илюшин-фир? Найн! Петлякофф-цвай? Найн! Йакофлефф-зибен? Найн! Лавотчкин-фюнф? Найн! — тщетно пытался он определить тип этого НЛО.
-О майн Готт! — выругался командир, а у всех батарейцев отвисла нижняя челюсть.В НЛО они опознали не что иное, как Pz Kpfw III, летящий с направления на линию фронта. В одно мгновение он промчался над стволами зениток и с максимальной пиротехнической зрелищностью взорвался, врезавшись в землю. Вслед за ним с небес посыпались тигриные потроха и прочие дельные вещи с других образцов немецкой бронетехники. Батарейцы зачарованно провожали взглядами каждый обломок, поскольку такого феерического зрелища им ранее видеть как-то не приходилось. Поэтому они и просмотрели целую стаю «Ил-2», обрушившихся на них как снег на голову. Сверкая своими плоскостями, «летающие танки» принялись энергично и методично мстить за своих сухопутных собратьев. Через пару минут все было кончено — батареи больше не существовало…
Где-то так на третий день наступления даже вконец упертым Тиграм стало ясно, что великие планы по овладению с хода Москвой рухнули. Число Тигров сильно поуменьшилось и они дошли до крайней степени озверения — прямо как в известной строчке «я тоже озверел и встал в засаде». Тут они проявили истинное геройство, достойное древних саг о Роланде, Зигфриде и прочих древнегерманских эпических персонажах. В ходе наступательного этапа советских войск в Орловско-Курской операции Тигры перебили такое количество русских танков, которого на том участке фронта никогда не существовало в действительности. Эти ратные подвиги легли в основу нового эпоса «Soehne des Tigers», но в нем нет ни малейшего намека про СУ-152, тогда как татаро-монгольские орды Т-34 с Т-70 и их вероломные англосаксонские приспешники «Черчилли» и «Валентайны» упоминаются практически везде по ходу этой саги. Такое молчание говорит само за себя. Где появлялись СУ-152, там очень скоро исчезали Тигры, ибо они слишком хорошо помнили Курскую Дугу. Вслед за Тиграми старались смыться и остальные, поэтому основным противником СУ-152 стали ДОТы, форты и прочие не умеющие бегать сооружения. Но иногда Тиграм и компании смываться было просто некуда, поэтому в таком случае они совершенно безумели и старались свести счеты именно с СУ-152, чем, в основном, и объясняются потери наших самоходок в тот период войны. Бешеный Тигр был в четыре раза опаснее обычного, но и видно его было тоже неплохо, так как его почему-то окружало светло-голубое сияние, а каждый его выстрел отдавался таким эхом, что в радиусе пятидесяти метров глушило всех окрестных ворон. Ну иногда и Люфтваффе вносило свой вклад, поскольку немецким летчикам просто надоело слушать басни немецких танкистов о пресловутой Тигриной непобедимости и дальнейший шепот, что у русских есть что-то такое на гусеницах, стреляющее так, что Тигру сразу же приходит капут. Стремясь утереть танкистам нос, бывало так, что летчики Люфтваффе поражали СУ-152: «и что только эти Тигристы с Пантеристами без нас делали?»
Закончилась Орловско-Курская операция. Для нашей «тридцатьчетверки», сражавшейся бок о бок с СУ-152, наступил долгожданный и вожделенный момент. На ее счету (и экипажа, разумеется) было аж три забитых Тигра, одна Пантера и прочая шушера рангом помельче. И вот перед парадным строем бригады ее командир лично получает Золотую Звезду, а на свежеокрашенной башне сияет Краснознаменный знак принадлежности к славному ордену Рыцарей-Гвардейцев. Но ей было отнюдь не радостно… где ее боевые подруги «тридцатьчетверки», с которыми она пришла из Танкограда? А где знакомые горьковские «семидесятки», на которых она всегда посматривала несколько свысока? Не было и всегда вежливых и тактичных джентльменов «Черчиллей» с Туманного Альбиона. Рядом с ней стояла какая-то необстрелянная зеленая танковая молодежь, которая за глаза называла ее «древней бабулей». И касательно танкистов — та же самая картина! — еле-еле насчитывалось полтора десятка знакомых лиц… Сколько раз ее Ф-34 троекратно стреляла у свеженасыпанных холмиков с воткнутыми в них палками с прибитой к ним фанерной или жестяной звездой. Поэтому бить фрицев она теперь уже всегда старалась с холодной башней, без излишней горячки, вполне здраво рассудив, что чем дольше она существует, тем больше фрицев и их танков сможет забить.
Глава 4. Похоже да не то же или еще одна буква
Так для нашей «тридцатьчетверки» и прошел 1943 год. Уже в самый канун Нового года на марше она почувствовала себя плохо — что-то прихватило в движке, да так сильно, что движение стало совсем невозможным. Поэтому остаток пути она проделала на буксире за неторопливым и забавно пыхтящим трактором «Коммунар». Но он довез ее не до расположения бригады, а до кладбища неисправной и подбитой бронетехники, которое называлось СПАМ. Но вот какая встреча — среди прочего броневого лома отыскалась одна из тех СУ-152, с которыми она сражалась вместе на Курской Дуге. Ее вид был печален — в МЛ-20 зияла круглая дыра, видимо прострел немецким снарядом, а правая сторона была сильно разворочена от подрыва на каком-то мощном фугасе. Впрочем еще оставалась надежда на экипажи и ремонтников, но их почему-то не было. Раньше и не такое бывало, но не повод же это засовывать их в этот кладбищенский предбанник? Ответы на все вопросы явились в виде весьма наглого БА-64 из разведроты, который заявился на СПАМ не иначе, как для сведения счетов. Его тут недолюбливали все — он был мелок, бесшумен и, как следствие, очень пронырлив — знал все слухи и сплетни на 10 километров вокруг по обе стороны линии фронта. В довольно бесцеремонной манере БА-64 заявил «тридцатьчетверке», что лично был управляем ее мехводом и умолчал, что его собственный попал в санбат из-за чрезмерного даже по меркам мирного времени обжорства. А перевозил он штабного писаря и медсестру из санбата вместе с десятилитровой бутылью спирта, выделенной для празднования Нового года. Тут же БА-64 ехидно добавил, что ремонтники с экипажами в ближайшие два дня про вас точно не вспомнят, а дескать, твой красавчик мехвод променял тебя на медсестру. Иначе зачем он извлек свою лучшую кожаную куртку и навесил на нее все медали? Затем он обратился к СУ-152 — что тебя точно отправят в переплавку, поскольку очень скоро прибудет что-то новенькое, так что твое списание не ляжет грехом ни на чью совесть. Тут он наддал газу и смотался, а Т-34 с СУ-152 сильно расстроились — старость не в радость, даже если Сила с ними. Поведение мехвода тоже представляло загадку: спирт, точнее его 40-градусный водный раствор, по их обоюдному мнению был ничем иным, как весьма редкой присадкой к топливу для экипажей. И вообще, видели экипажи его пять раз в году, только по праздникам, ну еще после крупного и успешного мордобоя, когда фрицу весьма капитально набивали рыло. А тут целых десять литров, и надо же кому — ремонтникам. Обычно его от них тщательно прятали, чтобы, не дай Бог, 12-цилиндровый V-образный В-2 не превратился в их глазах в 48-цилиндровую «звезду» черт знает какой марки. Что касательно медсестры, то мехвод явно в ремонте не нуждался, поэтому «тридцатьчетверку» обуяло несколько непонятное чувство: как это можно было ее обменять на это существо с длинными волосами, без шлемофона и в юбке? Впрочем, СУ-152 удалось объяснить, что ремонтом мехвода в данном случае и не пахнет, дело в том, что у людей без такого странного поведения просто невозможно производство новых экипажей, а потому это дело простительное.
Прошел Новый год и уже на следующий день в районе СПАМ послышался лязг гусениц. Тут и Т-34, и СУ-152 узрели нечто странное: к ним подъехал весьма странный объект, сильно напоминающий СУ-152, но с рубкой повыше и «душкой» на турели у одного из люков. И вот из этого объекта вылез экипаж подбитой СУ-152 и начал свинчивать со своей прежней машины все то, что еще могло пригодиться. Затем подкатил «студер» с ремонтниками и экипажем «тридцатьчетверки», которые живо присмотрели себе ряд деталей с движка уже покойной СУ-152 — ее душа такого не выдержала и покинула эти бренные останки. К вечеру эти останки были уже вконец раздетым битым бронекорпусом, а «тридцатьчетверка» вновь ожила и с интересом разглядывала новый объект, который называли «Зверобоем», также как и СУ-152, разница была лишь в одной букве индекса.
Этим объектом была ИСУ-152. Пока наши герои сражались под Курском и Киевом, Жозеф Яковлевич развернул в Танкограде неимоверно бурную и продуктивную деятельность. В конечном итоге она материализовалась в тот самый танк с неимоверно длинной пушкой и роскошными кавказскими усами. Но поскольку без СУ-152 дальнейшее продвижение уже не мыслилось, то сразу же разработали и «мутацию» под великую и ужасную гаубицу-пушку МЛ-20С. Так ИСУ-152 и появилась на свет — она получилась несколько сильнее бронированной и обладающей просто свирепой внешней наружностью. «Душка» только дополнял общее впечатление, хоть предназначался изначально для охлаждения не в меру горячих пилотов «Люфтваффе». Практика же внесла свои коррективы…
Тигры слишком хорошо усвоили преподанный им урок: на глаза ИСУ-152 они просто старались не попадаться. Они обыкновенно сидели в засадах, используя свою полосатую окраску и поджидали неосторожных жертв. В открытую, как в 1943 году, они уже не ходили, т. к. только одна 122-мм болванка из нового русского танка в один момент превращала их в груду металлолома, а их 88-мм снарядов, как правило, нужно было несколько, да и этот усатый танк был сильно живучим — вчера его подбили, а сегодня снова едет! «Тридцатьчетверки» тоже могли теперь дать неплохой сдачи, поэтому драки с ними стенка на стенку и у Тигров стали непопулярными. В засаде же было куда лучше! Но самоходчиков на ИСУ-152 засадой редко когда можно было провести — они и сами были доками в этом деле. Тигры это тоже знали и при малейших признаках появления ИСУ-152 старались по возможности переместиться в какое-нибудь другое место.
И несмотря на все это они не становились ничуть менее опасными. Нашей «тридцатьчетверке» пришлось в этом сполна убедиться, когда в атаке на какую-то белорусскую деревеньку именно замаскированный Тигр вогнал ей подкалиберный прямо в лоб. Все чувства, как и у нее, так и у экипажа стали какими-то расплывчатыми и ясными одновременно. Из перебитого топливопровода воспламенившаяся солярка потекла внутрь боевого отделения, а снаружи танк окутался черными клубами дыма — это спасло его от второго снаряда Тигра. Командир с башнером быстро покинули машину, но мехвод уткнулся в лобовой лист и осел на левый рычаг управления. Стрелок-радист сразу же открыл лобовой люк и начал выталкивать потерявшего сознание товарища из горящей машины. С истошным криком снаружи его подхватила подоспевшая медсестра и вместе с радистом стали оттаскивать мехвода подальше от танка. Сама же «тридцатьчетверка» пыталась как можно дольше оттянуть момент взрыва боезапаса, успев однако отметить, что и медсестра тоже годится на серьезное дело. Когда все пятеро залегли в глубокой воронке от какого-то тяжелого снаряда, раздался взрыв. Командир стянул с себя шлемофон — от верно послужившего танка осталась лишь задняя часть с парой катков, да исковерканная башня в двадцати метрах. Через полчаса их всех подобрал другой Т-34, возвращающийся назад за новой порцией топлива и снарядов. Медсестра с раненым сразу отправились в расположение санбата, а все трое стояли как потерянные, хотя и понимали, что повезло им по большому счету так отделаться. Комбриг однако, проявил понимание, доставши для потерявшего свой танк экипажа внеплановые 100 грамм, после чего башнеру (он был верующим человеком) было видение своей «тридцатьчетверки» в сиянии небесной славы, в райской бронетанковой бригаде, шефом которой был сам Александр Невский . И какой-то неземной голос свыше провозгласил, что новый танк тебе еще будет, так что не надоедай тут нам, у нас своих дел хватает. И на том рассказ о доблестном Т-34 и его экипаже, сражавшимся бок о бок с СУ-152 можно было бы и закончить. Для полноты картины стоит добавить, что война для него кончилась хоть и не трагично, но досадно — мехвода после излечения оставили инструктором в тылу, командир был отозван на курсы повышения квалификации и только заряжающий с башнером снова приняли бой с фрицами на новеньком Т-34/85, дойдя с ним до Праги. Встретиться между собой им так и не довелось.
Глава 5. Но до Победы было еще сто верст и все лесом.
Ввиду полной неохоты Тигров, Пантер, Слонов, Куниц, Бизонов, Носорогов и т. п. живности попадаться на глаза ИСУ-152, главным делом наших самоходок стала ликвидация ДОТов и укрепленных зданий в городских боях. Тем паче, что они уже не были единственными охотниками на вермахтовских зверьков — тут вам и усатый ИС-2, и ее младшая сестра ИСУ-122, и СУ-85 с СУ-100 — все так и норовили примерить почетные лавры «Зверобоя». Хотя почему-то это звание так и осталось за ИСУ-152. Но не это было главным — все чаще фрицы стали цепляться за малейшие населенные пункты, не стесняясь превращать здания в форты, оборудовать снайперские позиции и заваливать своих солдат «панцерфаустами» по самое горло. И тут ИСУ-152 давала всей прочей нашей технике сто очков гандикапа, поскольку только один размер ее дула заставлял дрожать в руках винтовки немецких снайперов. Перед снайперами и прочими фрицами очень ясно вставал вопрос о их дальнейшей судьбе с возможными вариантами решения:
а) надо смываться;
б) можно самую малость полетать от разрыва 43 кг железа с тротилом;
в) можно превратиться в краску для стен по той же причине;
г) уютно устроиться в собственном склепе после обрушения здания от разрыва все того же снаряда.Поначалу они пытались стрелять по смотровым приборам, отстреливать сопровождавшую самоходки пехоту, надеясь на фаустников; но ИСУ-152 далеко не всегда позволяли такое, поскольку могли стрелять с закрытых позиций. Разумеется, подбить можно все что угодно, поэтому фаустники нередко добивались успеха, но ИСУ-152 у них отнюдь не была излюбленной целью — даже короткая очередь из «душки» рвала тело фаустника в клочья и за баррикадой, и за завалом. Поэтому через какое-то время солдаты вермахта понимали, что только вариант а) является совместимым с их собственной экзистенцией на Земле этой грешной. Если смываться было некуда, то приходилось сдаваться, хотя Адольф с пеной у рта обязывал их лечь костьми за Третий Рейх. Но они просто хотели жить и знали, что с кончиной Рейха жизнь еще не кончится.
Иное дело ребята из SS Waffen. Те знали, что после войны за все их деяния им светит как минимум виселица; поэтому, необычайно ценя свое собственное существование они дрались как бешеные волки до последнего. Многим из них хотелось смыться на Запад, ибо там всегда можно было припомнить ряду богатеньких Буратино сотрудничество с ними и за счет неразглашения таких фактов безбедно пожить до конца дней своих. Да и англоамериканские обычаи вообще-то были в своей глубинной основе всепрощенческими — лет через пять все забудут. Правда, можно было попасть и к де Голлю, а тот не любил ни эсэсманов, ни их приспешников. Поэтому чтобы не попасть на виселицу или гильотину, они либо втихаря смывались на Запад, либо сражались как одержимые. И в ряде случаев им удавалось крупно надраить ряшку чересчур нетерпеливым русским, под Бреслау, например. Но когда становилось трудно, наши солдаты вновь знали, что тяжелые самоходки не подведут. Планомерно, квартал за кварталом, при поддержке боевых инженеров с РОКСами (а они лихими были людьми, только потом почему-то их подвиги как-то стыдливо замалчивали), ИСУ-152 выбивали фрицев с их позиций. Бреслау, как и прочие укрепленные пункты, был взят, а выжившая эсэсовская сволочь еще пожалела о том, что выжила.
И вот так, метр за метром до Берлина и Праги… ИСУ-152, как и все люди и прочая техника терпели все, но когда фон Кейтель расчеркнулся под признанием в безоговорочной капитуляции не было громче салютующих победе выстрелов, чем у ИСУ-152… Поэтому и повидавший все ветеран, и необстрелянный призывник всегда испытывали необъятную гордость, когда в бой вступали ИСУ-152. В ушах сразу вставал левитановский голос: «Наше дело правое, враг будет разбит, Победа будет за нами!» Следствием этого был тот факт, что 9 мая 1945 г. Жозеф Яковлевич просто утонул в огромной груде цветов, поздравительных открыток, телеграмм и писем (хотя это тщательно умалчивалось — без помощи пары крепких сотрудников КБ он оттуда ни за что бы не выбрался сам). Правда, злопыхатели, которым досталось недостаточно лавров, сотворяли мелкую пакость: при каждом чествовании танкоградцев и самоходчиков они старались засыпать их непременно розами. Внешне было просто великолепно, но выбраться из этой кучи неисцарапанным не удавалось еще никому, а претензии за такое никто и принимать не желал.
Глава 6. Объективность превыше всего или немного об обычаях самоходчиков
Разумеется, что теперешние исследователи, как правило не найдя истины на дне стакана, ищут ее в мемуарах Манштейна, Гудериана, Катукова и прочих видных деятелей той эпохи. В частности, давно уже составлен полный и даже избыточный перечень достоинств и недостатков всей воевавшей тогда бронетехники, как в абсолютном исчислении, так и в сравнительном. Однако, истиной там и не пахнет, потому что все исследователи чуть ли не сразу же разделились на кланы, выбрав что-то из техники в качестве кланового тотема. Известны Тигро-, Пантеро-, Слонопоклонники; в противовес им существуют «ИСовые братья» и иже с ними. Но СУ/ИСУ-152 не жалуют ни те, ни другие. Первые — за то, что их любимые зверьки вышибались одним снарядом советских тяжелых самоходок, а вторые — за отбирание производственных площадей в Танкограде, не позволившее выпустить еще больше ИСов. Вот и придираются по мелочам — углы обстрела маловаты, броня тонковата и т. д. и т. п. Только все это чепуха, единственным и настоящим недостатком была непреподъемная масса шестидюймового снаряда. Поэтому заряжающих в самоходки старались брать из числа «дядь, подай бревно» или, проще говоря, амбалов и стоеросовых дубин желательно не слишком высокого роста. Но даже с таким заряжающим ИСУ-152 стреляла в час по чайной ложке, тогда как некоторые СУ-76 ухитрялись стрелять с темпом пистолет-пулемета ППШ. Кое-как улучшить это можно было поставив еще одного амбала замковым. Но по штату «физически сильный солдат» в ИСУ-152 полагался только один, потому что люди, подходящие под эту формулировку требовались и во все прочие рода войск. Исключением могли быть только добровольцы, поэтому самоходчики всегда старались охмурить людей, своим сложением напоминающих Гаргантюа. Для этого приходилось иметь разведчиков и агентов, особенно в госпиталях и военкоматах, дабы вовремя сманить к себе всех возможных кандидатов.
Однако ничто не делается задаром. За каждого богатыря-самоходчика приходилось делиться славой победителей Тигров. Уже давно замечено, что в советских реляциях число забитых Тигров резко превышает количество зверьков, реально участвовавших в бою, тогда как общее число уничтоженных танков неплохо соответствует действительности. Поэтому некоторые исследователи утверждают, что наши солдаты путали Pz Kpfw VI Ausf H и Pz Kpfw IV Ausf H и потому число убитых Тигров больше, а «четвертаков» наоборот меньше. Но этот тезис правилен лишь в том смысле, что он был следствием многочисленных расплат самоходчиков по долгам за заряжающих и замковых. Они великолепно знали, с какой стороны надо ставить «I» рядом с «V», но нарочно забывали все отличия, когда дело доходило до составления наградных листов про победителей Тигров, Пантер, Слонов и т. п. зверюшек. Иначе как объяснить наличие наград и почетных званий «Тигробоев» у тыловых военкомов и работников военно-госпитальных служб? Впрочем, когда в экипаже ИСУ-152 было два «физически сильных солдата», то ее боевые свойства значительно улучшались, например, она могла продолжать движение с заглохшим дизелем — по бурлацкому принципу «Эх, дубинушка ухнем, эх зеленая, сама пойдет!». Поэтому самоходчики и не считали такую практику чем-то зазорным.
На этом можно было бы и закончить рассказ о славных и доблестных СУ/ИСУ-152, но вот совсем недавно археологи, изучавшие культуру (точнее, отсутствие оной) Третьего Рейха нашли ну совсем потрясающую вещь: подлинный дневник штандартенфюрера Отто фон Штирлица. После его тщательной расшифровки, выяснилась странная роль СУ-152 в подковерных интригах правящей верхушки Тысячелетнего Рейха — вот несколько выдержек из этого замечательного документа:
1751569 — сегодня я с большим удовольствием смотрел фотоальбом о действиях наших самоходчиков, вооруженных СУ-152 (альбом доставлен через знакомых абверовцев от Иоганна Вайса). И вот, когда я подсчитывал число забитых Тигров, откуда-то из ничего возник Вальтер Шелленберг со своим обычным вопросом «Что это вы тут делаете, Штирлиц?» и заглянул в альбом. Это был провал…, но мне пришла в голову одна идея: «а знаете ли, мой бригаденфюрер, что терпят наши доблестные танкисты из-за этого долбаного англофила Канариса? Про это (здесь я указал на СУ-152) от его людей никто доклада не видел!» На что Вальтер ответил: «Вы как всегда правы, дружище — давайте альбом мне, а Вы доложите про это дело лично рейхсфюреру. Он будет очень доволен».
1846735 — После совещания, Вальтер сказал: «А Вас, Штирлиц, я попрошу остаться» и через несколько минут мы получили уединенцию у рейхсфюрера. Ему фотоальбом и впрямь очень понравился, он в скором времени собирается показать его фюреру. В общем, звиздец Канарису!..
До сих пор неясно, что означают цифры перед записями, но судя по их возрастающему порядку, это что-то вроде временного маркера запечатленных в дневнике мгновений из жизни великого разведчика. Остается надеяться, что либо дальнейшие археологические изыскания дадут нам ключ к их декодированию, либо совершенствование вычислительной техники позволит выяснить алгоритм шифровки.
Заканчивая этот опус, автор заранее просит прощения за несколько вольное обращение с историческими фактами. За более достоверным их изложением можно обратиться непосредственно к СУ/ИСУ-152 по адресу: Московская область, ст. Кубинка, Музей бронетанковой техники при НИИБТ Полигоне.
Пару тройку лет назад с отрядом Бундесвера, базирующимся в Афганистане случился скандал. Шутка-ли, немецкие парни воевали под эмблемой Африканского корпуса Вермахта! Ай-ай-ай! Вопили журналисты и пугали всех Холокостом, Освенцимом и не к ночи упомянутым Ваффен СС. Так выглядела эмблема в Афганистане:
[url]http://www.radikal.ru][/url]
[/URL]А вот так выглядела эмблема Африканского корпуса:
[url]http://www.radikal.ru][/url]
[/URL]Хочу заметить, что на афганском варианте крест Бундесвера — патте-крест. Ну или изображение Железного креста, кому как нравится, а не свастика как на Африканском. Т.е. по большому счету докопались до пальмы.
Хай был поднят. Виновные наказаны. Представители германской власти в очередной раз покаялись за грехи, мнимые и не очень, Гитлеровской Германии, снова извинилась перед евреями и за одно за своих бойцов в Афганистане. Вроде как угомонились.Вчера я, в безнадежной попытке, навести хоть какой-то порядок и систематизировать свои записи и распечатки, откопал эмблемы дивизий Вермахта. И вот какая любопытная эмблемка мне попалась. Наверняка для некоторых мое «открытие» покажется совсем не открытием. Кому-то будет интересно.
Так вот. Представляю вам эмблему 267-й пехотной дивизии Вермахта:[url]http://www.radikal.ru][/url]
[/URL]Эмблему этой дивизии, принимавшей участие в операции «Тайфун» в 1941 году, и разгромленной и уничтоженной в составе группы армий «Центр» в 1944, вы можете видеть по всей России как по телевидению, так и на улицах городов где есть отделение…. австрийской банковской группы Райффайзен — ЗАО «Райффайзенбанк»
[url]http://www.radikal.ru][/url]
[/URL]И ни чего. Ни кто не возмущается и не кипишует.
Тема символов и геральдики вообще вестма обширна и интересна. С одной стороны свастика не виновата в том, что ее выбрали нацысты в качестве свой эмблемы. Символ древнейший, встречающийся от статуй Будды и рунических камней и до православных икон. Кстати, вот еще любопытный артефакт:
[url]http://www.radikal.ru][/url]
[/URL][url]http://www.radikal.ru][/url]
[/URL]Но попробуйте в Германии нарисовать свастику или пройтись с ней. Там ее изображение запрещено. Даже из компьютерных игр удаляют. Она еще долго будет ассоциироваться с нацизмом. И рассказы, что это древний символ «коловрат» (как тут не вспомнить рязанского воеводу Евпатия, все помнят его прозвище?)ни кому не помогут. Фашистский крест и все тут!
Кстати. Вот еще. Все помнят эмблемы омоновский подразделений? По стилистике они очень напоминают эмблемы Вермахта и СС. Сразу понятно откуда черпали вдохновение их разработчики. А вот какого рожна красную звезду на кокардах наших вооруженных сил заменили на золотистую, мне не понятно. Ведь звезда в русскую армейскую геральдику была введена в советские времена и была красной, до этого ни в каком другом виде не применялась. А золотая звезда использовалась на Востоке и Японией в частности. Вот и окрестили нонешнюю кокарду
[url]http://www.radikal.ru][/url]
[/URL]«Победой Японии над Россией». Символ япониских ВС — золотая звезда поверх российской георгиевской ленты.
Да ты прав полностью Ракетон нет ничего сложнее геральдики и ее политической военной или социальной составляющей в той или иной степени определяющей интересы стран и отдельных личностей я бы сказал что непременная и очень важная часть влияющая и на тех кто внимает и на тех кто использует Духи внимательно следят за тем кто и что) использует))
«Командиру полка. Докладываю Вам, что экипаж майора Иванова совершал
перелет из … в …. Во время нахождения на аэродроме … промежуточной
посадки экипаж майора Иванова был устроен для ночевки в гостиницу
летного состава. Вечером в номере экипаж встретился с представителями
технической службы аэродрома, которые принесли с собой спирт (количество
сообщить никто не смог, так как не обратили на это внимание). Во время
дружеской встречи за разговорами спирт был выпит. После чего,
почувствовав усталость после тяжелого летного дня, члены экипажа решили
лечь спать, что и сделали по команде майора Иванова.
Ночью (точное время неизвестно) второй пилот лейтенант Смирнов поднялся,
чтобы отправить естественную надобность. Учитывая усталость от сложного
перелета и незнакомую обстановку гостиницы лейтенант Смирнов перепутал
находящиеся рядом двери в коридор и во встроенный шкаф. В результате
чего он справил нужду в шкаф, где находились сапоги бортинженера
капитана Петрова. Утром капитан Петров обнаружил содеянное и произвел
разбирательство, которое было прекращено только физическим
вмешательством командира экипажа.
По прибытию в часть капитан Петров, возмущенный поступком сослуживца,
подал рапорт с требованием о переводе его в другой экипаж в виду
нездоровой морально-психологической обстановки в экипаже майора Иванова.
Прошу Вас принять решение о переводе капитана Петрова в другой экипаж. »РЕЗОЛЮЦИЯ командира полка (сверху красными чернилами):
«Объявите придурку Смирнову строгий выговор, а Петров пусть нассыт ему в
сапоги и успокоится. Из-за двух идиотов я штатное расписание среди года
менять не буду. »@ARXIDIABLO 13056 wrote:
Ракетон
Хехе) Это что то вроде анекдота?
Ну я собственными глазами видел ксерокопию этого опуса с резолюцией. Так что велика вероятность того что это быль.
Всегда пожалуйста.
Будем стараться дольше.
- Для ответа в этой теме необходимо авторизоваться.